увствовать себя крайне
  несчастными.
   К северу от них шел проливной дождь, мешающий видеть Рейкьявик, да и
  Хафнарфьердур на западе был едва различим, что беспокоило сержанта, которому
  хотелось знать о намерениях Ивана. Что, если русские заметили спутниковые
  передачи Эдвардса и принялись за триангуляцию, стараясь засечь его? А вдруг
  они выслали патрули?
   - Лейтенант?
   - Да, сарж?
   - Посмотрите, по одну сторону от нас проходят телефонные провода, а по
  другую - линия электропередач...
   - Вы хотите взорвать их? - улыбнулся Эдварде.
   - Нет, сэр. Просто я подумал, что скоро Иван начнет патрулировать их, так
  что здесь у нас не лучшее укрытие.
   - Нам приказано следить за противником и докладывать о его действиях,
  сарж, - ответил Эдварде не слишком уверенно.
   - Так точно, сэр.
   Эдварде посмотрел на часы - 19.55 по Гринвичу. "Конура" может вызвать их,
  хотя до сих пор ни разу этого не делала. Лейтенант достал из рюкзака
  радиопередатчик, установил антенну и надел наушники. В 19.59 он включил
  радио и отыскал несущую частоту спутникового ретранслятора.
   - "Конура" вызывает "Ищейку". "Конура" вызывает "Ищейку". Как слышите?
  Прием.
   - Подумать только, мы кому-то понадобились. - Эдварде нажал на кнопку
  "Передача". - Слышим вас хорошо, "Конура".
   - У вас есть новости?
   - Нет, разве только вас интересует погода. Идет дождь, видимость плохая.
  Мы почти ничего не видим.
   Дежурный офицер связи с позывным "Конура" посмотрел на