кие
  бомбардировщики излучали столько тепла, что способны были привлечь внимание
  слепого, закутанного в меховую шубу.
   Первое звено из трех Б-52Н, летевших на юг, даже не заметило пикирующих
  истребителей. В два бомбардировщика попали ракеты, и самолеты взорвались в
  воздухе, третий же послал отчаянный сигнал о помощи и попытался увернуться
  от направленных в него ракет, бросаясь из стороны в сторону. Один из таких
  бросков оказался слишком резким. Огромная машина нырнула вниз, ударилась о
  землю и развалилась на части к северу от Кефлавика. Огненный шар был
  настолько велик, что Эдварде, который находился в тридцати милях от
  авиабазы, заметил его.
   Русские истребители оказались в положении, о котором летчик может только
  мечтать. У каждого из восьми самолетов была отдельная цель, и истребители
  начали охоту, стараясь уничтожить бомбардировишки до того, как на Кефлавик
  обрушится слишком много бомб. И все-таки экипажи американских
  бомбардировщиков продолжали свой полет. Летчики понимали, что слишком поздно
  пытаться спастись, и им оставалось только одно: непрерывно требовать по
  радио возвращения своих истребителей, способных обеспечить им хоть какую-то
  защиту.
   Зенитные орудия, расположенные на земле, тоже открыли огонь. Молодой
  сержант, целясь вдоль ствола, сумел попасть в американский бомбардировщик в
  тот самый момент, когда у того открылись створки бомбового люка. Дюжина
  снарядов попала в открытый люк, и огромный