ливать тяжелые "боинги" из авиационных пушек.
  Это оказалось опасным. В хвостовых башнях бомбардировщиков находились
  пулеметы, и один МиГ-29 попал под пулеметную очередь.
   Ситуация окончательно запуталась, когда вернулись американские "фантомы".
  У каждого из них было только по три ракеты "воздух-воздух", "спэрроу", и
  когда они включили свои радиолокационные системы наведения, системы защиты
  на русских истребителях подали предупреждающий сигнал. МиГи рассыпались по
  сторонам, увертываясь от направленных на них ракет, и нырнули к земле.
  Четыре истребителя промчались прямо над группой Эдвардса, рядом с дымящимися
  остатками разбившегося Б-52, к востоку от Хафнарфьердура. Когда истребители
  снова взмыли вверх, небо уже опустело. У "фантомов" едва хватало горючего на
  обратный полет. Они не могли продолжить бой и направились домой, не сбив ни
  одного русского истребителя. Уцелевшие бомбардировщики надежно укрылись за
  завесой радиолокационных помех. Русские истребители развернулись и вернулись
  в Кефлавик.
   Их первое впечатление было ужасным. Двести бомб упали на территорию
  авиабазы, причем девять разрушили взлетно-посадочные полосы. Однако полоса
  номер одиннадцать осталась неповрежденной. Прямо на глазах у летчиков
  последний остававшийся на земле МиГ взмыл в небо. Его пилот, ругаясь от
  ярости, потребовал от наземного персонала, чтобы ему указали на уходящую
  цель, но получил приказ патрулировать воздушное пространство над авиабазой,
  пока