ис". Моррис руководил спасательными операциями
  с мостика. На воду быстро спустили шлюпку, и все остальное оказалось простым
  делом. Члены команды русской подлодки были потрясены случившимся и не
  сопротивлялись. Вертолеты вели шлюпку к каждому из них и затем принялись
  осматривать водную поверхность в поисках остальных. Все одиннадцать моряков
  были подняты из воды, и шлюпка вернулась к висящим талям. Старший боцман
  присматривал за ее подъемом. Рядом с ним молча стоял младший лейтенант.
   Раньше никто не задумывался о возможности подобного. Торпеда, попавшая в
  подводную лодку, должна обязательно потопить ее. Военнопленные, подумал
  Моррис. Что же мне делать с военнопленными, черт побери? Нужно было принять
  решение, где разместить их, как обращаться. Наконец, как их допросить - есть
  ли в составе команды фрегата кто-нибудь, кто говорил бы по-русски? Капитан
  передал управление кораблем своему помощнику и поспешил на корму.
   Там уже стояли вооруженные матросы, неуклюже держа свои М-14 и с
  нескрываемым любопытством глядя на шлюпку. Матросы в шлюпке закрепили тали,
  и старшина, управляющий лебедкой, поднял шлюпку на борт корабля.
   Советские моряки выглядели жалкими, многие еще не оправились от шока,
  связанного с таким неожиданным спасением от неминуемой гибели. Моррис
  насчитал трех офицеров, причем один из них был, по-видимому, командиром
  подлодки. Он прошептал несколько слов боцману Кларку.
   Тот скомандовал вооруженным матросам отойти