сейчас почувствовав, с какой легкостью он присоединился к мнению
  большинства, пусть еще не выраженному вслух. Это очень обеспокоило его. Я
  продал душу дьяволу, подумал он. Или наоборот, вел себя, подобно настоящему
  русскому патриоту? Может быть, я превратился в одного из тех, что сидят
  сейчас у стола? Или просто сказал правду - но что такое правда? По крайней
  мере, напомнил он себе, в одном сомневаться не приходилось: он сумел
  спастись. Пока. - Как я уже вам говорил, у нас имеется определенная
  возможность перестроить систему переработки нефти. Моя исследовательская
  группа считает, что в этом случае можно увеличить на девять процентов
  производство горючего, необходимого для нужд армии, - при условии,
  разумеется, что будет принят во внимание ограниченный объем нефтедобычи
  из-за пожара на Нижневартовском комплексе. И все-таки я должен предостеречь
  вас, что, по мнению моих аналитиков, все существующие расчеты потребления
  горючего в период ведения боевых действий являются чрезвычайно
  оптимистическими. - Последняя слабая попытка выразить свой протест.
   - Обеспечьте нас горючим, Михаил Эдуардович, - по лицу министра обороны
  промелькнула холодная улыбка, - и мы позаботимся о его правильном
  использовании. По мнению военной аналитической группы, мы сможем достичь
  своих целей в течение двух недель, может быть, быстрее, но я не упускаю из
  вида силу войск НАТО и потому увеличиваю этот срок вдвое,