во Вьетнаме прошло
  слишком много времени. Он успел забыть о том, что на войне могут быть такие
  ужасные потери и как тяжело их переносить. Его летчики даже не имели
  возможности хотя бы день побыть наедине с собой, чтобы погрустить о
  погибших, уменьшив тем самым боль утрат, как им этого ни хотелось. Им
  создавали самые благоприятные условия для отдыха. Согласно приказу каждый из
  них должен был спать восемь часов в сутки - подобно ночным охотникам, они
  спали только днем.
   Его самолеты, однако, несомненно действовали успешно. В этом он не
  сомневался. Каждую ночь черно-зеленые "фризби", "летающие тарелки",
  вылетали, чтобы уничтожить ту или иную важную цель, и русские все еще не
  разработали тактику борьбы с ними. Аэрофотокамеры, установленные на
  бомбардировщиках, которые вели съемку в момент удара по цели, доставляли
  обратно такие снимки, что офицеры разведки с трудом верили своим глазам. Но
  какой ценой...
   Ничего не поделаешь. Полковник напомнил себе, что один вылет в сутки -
  это не такая тяжелая нагрузка, какая выпадает на долю других экипажей, и что
  самолеты фронтовой авиации несли такие же огромные потери, как и его
  эскадрилья. Сегодня ночью предстояла новая операция. Эллингтон приказал себе
  думать только о ней.
   На инструктаж потребовался час. На задание вылетает десять самолетов: по
  два бомбардировщика на каждую из пяти целей. Будучи командиром, полковник
  выбрал себе самую трудную: по данным