превратил его в "ручного
  кавказца", любимца русских инженеров. Ибрагим помнил каждый случай, когда
  этот безбожник, эта мерзкая свинья покровительственно и свысока разговаривал
  с ним, едва скрывая снисходительную усмешку, - еще бы, кавказский дикарь,
  привезенный на развлечение своим русским хозяевам. Толказов поднял пистолет.
   - И-и-иш-а-а! - в ужасе завопил потрясенный Борис. Толказов хладнокровно
  выстрелил в раскрытый в крике рот, надеясь, что русский не умрет сразу и
  успеет услышать презрение в голосе азербайджанца:
   - Неверный. - Он с благодарностью взглянул на Расула, что тот не
  застрелил этого ублюдка и предоставил такую возможность ему. Теперь Толказов
  успокоился. Пусть его молчаливый друг убивает остальных.
   Оставшиеся еще в живых кричали, в Расула летели чашки, стулья,
  инструкции. Людям некуда было бежать, они не могли скрыться от этого
  громадного смуглого убийцы. Некоторые подняли руки, тщетно умоляя о пощаде.
  Некоторые даже молились вслух - однако они обращались не к Аллаху, что могло
  бы спасти им жизнь. Шум почти стих, когда Расул приблизился к залитому
  кровью углу. На лице его появилась довольная улыбка - он направил дуло
  автомата на залитое слезами и потом лицо последнего оставшегося в живых и
  пристрелил его, уверенный, что этот неверный будет прислуживать ему в раю.
  Расул выбросил пустой магазин и вставил новый, затем повернулся и пошел
  обратно через центр управления. В каждое лежащее тело он тыкал