ачалу
  наступления на Западном фронте, нужно примерно наказать тех, кто провинился
  больше других. Я имею в виду четырех командиров полков. Их поведение было
  явно и несомненно преступным. Вот имена и перечень их проступков.
   - Тут и два хороших офицера, Паша, - возразил генерал-полковник, взглянув
  на список.
   - Все эти офицеры, товарищ генерал, охраняют наше государство. Им
  доверено самое дорогое, что у нас есть, - его безопасность. Они нарушили
  свой священный долг, обманывая государство, и в результате подвергли его
  опасности. - Произнося это, Алексеев, подумал, что это же самое можно
  сказать и о многих других людях в стране как военных, так и штатских, но тут
  же отбросил эту мысль. У него достаточно проблем и без того.
   - Вы понимаете, какие меры будут приняты после предъявления таких
  обвинений?
   - Да, конечно. Когда предаются государственные интересы, наказанием
  служит смертная казнь. Скажите, товарищ генерал, я хоть однажды солгал в
  отчете о боевой готовности? Разве вы сами так поступали? - Алексеев на
  мгновение отвел взгляд в сторону. - Я знаю, тяжело принять такое решение, и
  потому не испытываю от этого ни малейшего удовлетворения. Но если мы не
  наведем порядок среди командного состава, сколько молодых парней погибнет
  из-за ошибок своих офицеров? Максимальная боевая готовность требуется нам
  несравненно больше, чем жизнь четырех обманщиков. Возможно, существует более
  мягкий способ навести порядок, но мне он