днем
  спит, прямо как я. Но я-то понятно где шляюсь, а он где? Я не спрашивал
  никогда, и никогда не следил за ним, просто потому, что я его боюсь. И
  не потому, что он бандюга и может пришить просто так, от скуки, - он не
  бандюга и даже напротив. Я его боюсь, потому что не знаю, что он вообще
  среди нас делает. Как бы вам объяснить... не такой он человек, у
  которого можно квартиру отобрать и на улицу вышвырнуть. У него такие
  глаза! Когда я говорил о нашем Боге, о том, что он позвал меня к себе и
  потому я пришел, он все время так странно смотрел на меня и, кажется,
  усмехался. Может, он тоже считает себя избранником?.. Я его не
  спрашивал, а он никогда не говорил.
   Урод однажды отозвал меня в сторонку и рассказал шепотом, что вроде
  как видел Кривого на одной из проповедей.
   (Урод часто ходит на проповеди, которые произносят люди Великого
  Жреца нашего Бога - они ходят по подвалам и тоннелям, собирают вокруг
  себя тех, кто готов их слушать. Урод один из таких.) Кривой говорил
  очень тихо с одним из проповедников, а потом сгинул куда-то во тьму...
  Но Уроду я особенно не верю, у него с головой не все в порядке, и он
  фанатик. Наплести может такую чушь, что просто диву даешься.
   Я собирался сварить себе на завтрак пару рыбин, но только разжег
  костер, как вдруг явился Кривой. Поразительно, он никогда еще не являлся
  так рано - обычно он приходит часов в восемь-девять, когда я