тать. Мне и так хорошо.
   - Шизанутый ты какой-то. Ты в детстве головой не ударялся?
   - И не один раз.
   - Понятно...
   Кривой смотрел на меня с улыбкой, смысл которой трудно было понять. В
  Кривом все понять было трудно.
   - Это философия, которой тебе, Хряк, не понять! - вставил вдруг Урод.
  Проснулся, оказывается.
   Урод выбрался из-под своих лохмотьев, глаза уже сверкают, как у
  фанатика. Все знают давно - при Уроде никаких принципиальных разговоров
  об образе жизни, иначе затянет проповедь. Интересно, почему его
  проповедники к себе не берут? Может, потому, что уродлив не в меру?
  Боятся, как бы народ не распугал? Так зря боятся - наш народ ко всему
  привык, и все мы не особенно красавчики в своей рванине и немытые
  месяцами... да что там месяцами - годами!
   Урод - я точно знаю, не мылся уже лет десять, как минимум. По
  идеологическим соображениям. Так что близко к нему подходить не советую
  никому.
   Урод и уродом-то стал благодаря своему образу жизни. У него какая-то
  болезнь кожи - она вся покрыта фурункулами.
   Ему бы мыться каждый день и спиртом протираться, а он... Ну, в общем,
  понимаете. Когда Урод поднимается на поверхность люди просто в разные
  стороны разлетаются, и сны им потом, наверное, кошмарные снятся. Урод
  этому радуется - он считает себя подвижником и наверняка готовится стать
  святым, не христианским святым, разумеется, а святым нашего Бога.
   Что ж,