го руки, а сам он полетел на столы. Готов поклясться, что
  девчонка даже не шелохнулась. Когда она нагнулась за ножом, заиграла
  следующая пластинка. Парень начал размахивать руками, все закричали.
  Друзья схватили его за руки и выволокли из бара. Он упирался, брыкался,
  а по лицу катились слезы. Когда его дотащили до двери, девчонка
  крикнула:
   - Cuidad0, h0mbres <Осторожно, люди! (исп.).>!
   Друзья парня испуганно посмотрели на нее и выскочили на улицу.
  Девчонка метнула нож, и он вонзился в деревянную дверь. Посетители
  засвистели, захлопали и затопали ногами. Из темноты осторожно показалась
  чья-то рука и выдернула нож.
   Девушка опять облокотилась о стойку и повернулась ко мне. В ее глазах
  было изумление. Она сказала с сильным акцентом, но очень отчетливо:
   - Все старо!
   Мы оба расхохотались. Послышались аплодисменты. Она пошатнулась и
  схватила меня за руку. В глазах блеснули слезы. Я купил ей текилы. Когда
  мы оба немного успокоились, я заметил:
   - Он мог тебя убить.
   - Он? Нет. Может, и хотел вначале, но в конце бы остановился. - Она
  подняла руку и развела большой и указательный пальцы на четверть дюйма.
  - Или сделал бы маленькую царапину.
   - Ты уверена?
   - Возможно. - Она пожала широкими плечами.
   - Ты даже не шелохнулась.
   - Это... - Девушка нахмурилась. - Как вы это говорите? Гордость. Я
  слишком гордая, чтобы испугаться такого парня. А ты