я вытерлась полотенцем и напудрилась специальной рукавицей,
  оставившей на ее бронзовой коже белые пятна и полосы. Потом завязала
  поясок на талии, взмахом головы закинула назад длинные черные волосы и
  села на стул.
   - Ну?
   - Кто тебя мучил? - спросил я.
   - Меня прижигали сигаретами двое, Тррэв. По-моему, кубинцы. Один
  хорошо говорил по-английски. Потом они захотели любви. Ха! - Фелиция
  шлепнула себя по голому колену. - Один из них теперь долго не сможет
  заниматься любовью. Как он кричал! Он велел второму перерезать мне
  горло, но тот - он говорил по-английски - сказал "нет". Он довел своего
  дружка до машины, и они уехали. А меня бросили в семи километрах отсюда.
  Я кое-как приплелась в деревню с больной ногой.
   - Когда это было, Фелиция?
   - Недель пять-шесть тому назад. Сэм тогда уже уехал. Кажется, за три
  дня до этого. Одна ночь в этой комнате... Мой друг Родригес на грузовике
  с почтой ехал в Лос-Мочис. Сэм вышел затемно. Родригес остановился и
  подобрал его по дороге. Все думали, что Сэм уплыл на лодке. Он... -
  девушка замолчала и нахмурилась. - Сэм велел прийти сюда?
   - В некотором роде.
   - Как это - в некотором роде?
   - Сэм мертв.
   Она выпрямилась, посмотрела на меня и прошептала:
   - Нет.
   - Кто-то выследил его во Флориде и убил. На лице девушки появилось
  выражение неописуемого горя, как в древнегреческой трагедии, и это было
  даже немного