ась.
   Я достал пятидесятидолларовую бумажку, сложил ее во много раз,
  положил на ноготь большого пальца и бросил на кровать.
   - Даже Розите, - сказал я.
   - О'кей, Тррэв.
   - Может, я еще приду кое-что спросить. - Я встал.
   - Я каждый вечер в трактире. Если меня нет, немного подожди.
   - Хорошо.
   Она широко зевнула, показав белые зубы.
   - Люби меня сейчас. Мы будем хорошо спать.
   - Нет, спасибо.
   - Фелиция некрасивая? - Девушка надулась.
   - Фелиция очень красивая.
   - Может, ты не мужик, а?
   - Может.
   - Извини за то, что укусила, - сказала Фелиция, пожимая плечами. -
  Спокойной ночи, Тррэв. Ты мне очень нравишься.
   Я вышел в темный коридор. Внизу кто-то пел таким заплетающимся
  голосом, что невозможно было разобрать ни слова. Выйдя из узкого
  прохода, я остановился. Перед трактиром было темно, как и во всей
  деревне, но у меня было такое ощущение, что из темноты за мной кто-то
  наблюдает. Американец провел немало времени с Фелицией... <Бедный
  (исп.).>
   Я шел посредине пыльной дороги. С моря дул теплый влажный ветерок.
  Впереди показались огни отеля.
   В темном холле ко мне подошел учтивый и безукоризненно одетый Ариста.
   - Мистер Макги - Да?
   - В деревне вечером была драка?
   - Ну и что?
   - Из-за деревенской девчонки?
   - А... Да, один парень начал размахивать ножом, а я выбил нож у него
  из руки.
   - И вы пили?
   - Вы