чала успокаивать его и поправлять подушки. Карлос жалобно и
  отчаянно булькал. Сиделка все поправила и выключила несколько ламп.
   Я обогнул дом, сделав полный круг. У ворот горел фонарь, но охранника
  не было. Ворота закрывала толстая цепь. Я хотел посмотреть, чем
  занимаются Гейб и блондинка. Может, удастся услышать, о чем они говорят?
  Было бы здорово, если бы Гейб открыл окно. Окно он, естественно, не
  открыл. Заняв старый наблюдательный пост у двери, я услышал, однако, о
  чем он говорит. Он воскликнул:
   - О Господи, Альма!
   Альма сидела в кресле, а он ходил по комнате, размахивая руками. У
  Гейба было красивое и жесткое лицо и очень длинные, черные и блестящие
  волосы.
   За моей спиной внезапно раздался пронзительный свист.
   - Бруджо! Эй, Бруджо! - И снова свист. Но Бруджо успокоился навсегда.
   Я спрятался в тени деревьев. Невдалеке спорили двое мужчин. Потом они
  зажгли фонарики.
   Оба звали собаку. Я сделал большой круг, чтобы обойти их. Я
  чувствовал, что они приближаются к опасному месту, Неожиданно воцарилась
  короткая тишина, за которой последовали яростные вопли. Потом ночную
  тишину прорезали два выстрела. Я мгновенно бросился на землю и только
  потом понял, что стреляли не в меня. Это были предупредительные выстрелы
  в воздух. Повсюду начали загораться огни. Послышались новые голоса.
  Внезапно бассейн и остальную территорию осветили, как минимум,