кожу у меня на руках и ногах. Страх - чудесное анестезирующее
  средство. Я положил револьвер на полочку над раковиной и разделся.
  Револьвер оказался вполне приличным при ближайшем рассмотрении - "Смит и
  Вессон", 38 калибра, с ручкой из орехового дерева. Такими вооружена наша
  полиция. За ним не ухаживали с особой любовью, но состояние у него было
  вполне рабочее. Надо же, подумал я, внимательно изучая револьвер, этот
  дурак Чучо ходил с ним без патрона в патроннике.
   Нора тревожно заохала, увидев ссадины и царапины. Она вышла к себе и
  быстро вернулась с антисептиком, ватой и бинтом. Сначала я принял
  холодный душ, потом вытерся, выпачкав в крови полотенце, и лег на спину,
  чтобы она могла заняться моими ранами. Только сейчас я понял, как сильно
  устал. Я рассказал, что пришлось убить злую собаку, что побывал в доме,
  кое-что видел, кое-что слышал, но подробно расскажу после. Для того
  чтобы выбраться, пришлось ударить по голове одного парня, хотя я и не
  собирался прибегать к насилию. Нора расплакалась, а я пошутил, чтобы
  доказать, что ничего страшного не случилось.
   Потом мы отправились спать. Нора была очень рада, что я вернулся. Мы
  уже достаточно хорошо изучили друг друга и больше не были незнакомыми
  людьми, желающими узнать реакцию друг друга на разные вещи. Я уже знал,
  что она хочет и чего не хочет, знал, как доставить ей удовольствие,
  чтобы самому раствориться в нем,