в
  девять. Они поставили стулья кругом. Тенеро обладал внешностью
  настоящего испанца: длинное, белое, как мел, лицо, глубоко посаженные
  глаза, впалые щеки и элегантная походка. Увидев меня, он поднял руку с
  оттопыренными большим и указательным пальцами - жест, обычно означающий
  у латинян просьбу еще немного подождать. В большой комнате находились
  еще шесть-семь таких же групп, которые что-то обсуждали. Причем
  некоторые разговаривали довольно громко. Я вышел на улицу в ночь и,
  прислонившись к стене, закурил. Мимо по дороге с шипением проносились
  машины.
   Минут через десять появился Рауль Тенеро.
   - Занят? - поинтересовался я.
   - Нет, здесь я уже закончил.
   - Хочу получить кое-какую информацию и выпить.
   - Я выпью молока, сеньор, а вы можете выпить чего-нибудь покрепче.
   - Никак не поправишься?
   - Я отдал свой желудок своей стране, - невесело рассмеялся Рауль. -
  Как вы меня нашли? Видели Ниту?
   - Она замечательно выглядит.
   - Как ее английский? Она много занимается.
   - Она разговаривает по-английски безупречно.
   - Поезжайте за мной. О'кей?
   Я поехал за его старым разбитым "шевом" в бар на обшарпанной улице,
  где собирались одни кубинцы. Рауля Тенеро здесь знали. Я подошел к
  столику в дальнем углу. Раулю по пути пришлось останавливаться и
  обмениваться приветствиями со знакомыми. Наконец он подошел к моему
  столику со стаканом