положил на
  туалетном столике в спальне. Выглядела она очень убедительно. И не
  обманывала. Ведь Лоррейн действительно никогда не вернется. Я спустился
  в подвал, в кладовку, где мы хранили садовую мебель. Она была накрыта
  парусиновой тканью. В двух местах парусина была порвана, и пятен на ней
  хватало. Но для моей цели сгодится. Я сложил кусок ткани в несколько
  раз. Отыскал там же, в углу, крепкий бельевой шнур. Все это отнес в
  ванную. Включил свет. Почему-то я ждал, что Лорри теперь будет выглядеть
  по-другому, но нет, в ней ничего не изменилось, она была такая же, как и
  перед тем. Я расстелил ткань на кафельном полу рядом с ней. Опустился на
  корточки, вытер мокрые ладони о брюки. Что-то мешало мне прикоснуться к
  мертвой Лоррейн. Но что уж теперь... Я взялся за ее плечи и бедра и
  перекатил ее на расстеленную парусину. Тело еще не успело окоченеть, но
  не ощущалось уже в нем и тепла, свойственного человеку при жизни. Она
  была ни теплой, ни холодной - нечто среднее, ненатуральное и неприятное.
  Я перевернул ее еще раз, теперь покойница лежала на спине. Я сложил ее
  руки вдоль туловища, ноги прижал одну к другой. Потом загнул верхний и
  нижний края ткани, закрыв таким образом лицо и ноги. Затем то же самое
  повторил с правого бока и с левого. Продел шнур снизу и крепко перевязал
  получившийся пакет - вокруг лодыжек, колен, бедер, талии, груди, шеи.
  Когда я поднялся, колени мои дрожали. Только теперь