ула, что уйдет от меня навсегда. Я, конечно, посчитал это за блеф.
  А, да что там. Мне было так тошно... Я опять вылез из дома, благо мой
  боевой товарищ спал. Пошел в отель, выпил еще, потом, помню, шагал
  куда-то.., ехал.., все хотел собраться с мыслями, а они разбегались.
   - Напился до чертиков, - сказала Эдит, не скрывая глубокой неприязни.
   - Замолчишь ты наконец? - крикнул ей Э.Д.
   - А когда я вернулся, на столе уже лежала записочка и дорогая Лорри -
  тю-тю! - отбыла в неизвестном направлении. И машины ее тоже не было. И
  все ее платья, и всякие там штучки-дрючки - все испарилось. И мой друг,
  мой старый боевой товарищ тоже, представьте себе, исчез - с чемоданом и
  со всеми своими болячками. Они смылись вместе, она и он. Вот вам и
  уравнение, о котором я имел честь упомянуть. Они уехали в "порше".
   Лицо Э.Д, сделалось еще больше озабоченным. В комнате было тихо.
  Потом Эдит сказала:
   - Ха! Все это куча вранья. Наша маленькая Лорри ни за что, никогда...
  С меня было достаточно. Я сказал:
   - Теперь помолчите минутку. И послушайте. Я хочу вам сказать, что
  такое ваша Лорри. Ваша драгоценная, нежная, маленькая Лорри. Вот уже
  пять лет она пьет, как извозчик, и с этим делом у нее обстоит все хуже и
  хуже. Вы только виду не подаете, а на деле знаете это не хуже меня. Что
  вы, не видели? Она не выпускает рюмку сутками напролет. Она не
  просыхает.
   - А кто виноват? - по-прежнему рвалась