к, с охраной, конечно..." - и показывал
  на карте, где это, и мы решали, что делать с этим премилым мостиком и
  его охраной. Тогда и там - мало ли что вошло в привычку... Но теперь! В
  мирном тихом доме разговоры о революции, о миллионах на оружие, о тайных
  курьерах казались нереальными: точно сидишь где-нибудь в кино.
   Я молчал вплоть до того момента, когда в воскресенье повез его в
  аэропорт. Он не нажимал на меня. Ждал. Когда пришлось встать перед
  очередным светофором, я сказал:
   - Договорились, Винс. Я согласен. И скорее чутьем, чем слухом, я
  уловил его облегченный вздох.
   - Прекрасно, Джерри. В полдень, ровно в двенадцать часов шестого мая
  будь в отеле "Терраса" в Тампе. Возьми номер, назовись чужим именем, но
  не таким, чтобы запоминалось с первого раза.
   - Роберт Мартин.
   - Годится. Если понадобится, я оставлю сообщение для тебя. Но там-то
  скажи, что остановишься на двое суток. Поднимайся в свой номер и жди
  моего сигнала. Машину оставь недалеко от гостиницы.
   - Что значит - ты оставишь для меня сообщение? Где оставишь?
   - У портье, мистер Мартин. Где же еще?
   Я высадил его у входа в аэропорт. Перед тем он успел вытащить из
  бумажника десять купюр по пятьдесят долларов. Я пытался протестовать, но
  он пресек все возражения. Винс прошел в огромные двери аэровокзала не
  оглянувшись. На обратном пути я опять стоял перед светофором. Два
  полицейских на углу о чем-то говорили