Винса входило избавиться от
  фуражки, стереть с дверцы лимузина герб, сдать его в прокатную фирму,
  пробежать шесть кварталов. Мне же для того, чтобы доехать до большого
  универсального магазина, требовалось десять минут. Остается еще
  двадцать. Куда девать это время? Договорились, что я буду разъезжать по
  этим кварталам - так, чтобы он меня мог видеть и в случае надобности
  вскочить в машину по пути. На все вместе мы выделили тридцать три
  минуты. Если самолет не опоздает, то в 16.15 мы выедем из города и
  двинемся на север.
   Чемодан Винса лежал пока в "крайслере". В половине первого мы
  закусили сандвичами и выпили кофе. Генеральная репетиция прибавила мне
  уверенности. Теперь я знал, что могу это сделать. Винс наметил контейнер
  для мусора, в который ему предстояло выбросить фуражку.
   Мы проехали к стоянке. Я отогнал машину к больнице. Винс на черном
  лимузине ехал следом. Его чемодан из "крайслера" переместился в мою
  машину, после чего я ее запер. Это была спокойная улица. Он смочил
  краденый герб чуждой нам страны и приклеил его к дверце черного
  лимузина. Я надел шоферскую фуражку. Винс устроился на заднем сиденье
  "крайслера". Мы подъехали к аэропорту и остановились в стороне от
  главного входа. Он достал шприц, наполнил его мутноватой жидкостью.
  Затем пристроил шприц за спинкой правого кресла - так, чтобы можно было
  мгновенно его достать.
   - Ты