она узнает про
  эти две пули, то не успокоится, покуда не выпытает все. А потом две-три
  лишние рюмки, и она раструбит это повсюду. Нет, надо придумать
  что-нибудь попроще, поскучней.
   - Нет ничего скучнее, чем чужая хирургическая операция. Ты не
  находишь?
   - Неплохая идея. А что за операция?
   - Да не все ли равно. Шишка, циста или как это называется. Вырезали
  эту штуку в двух местах, плечо и бедро, и еще кость поскоблили, я слышал
  нечто подобное от болящих.
   - О'кей. Значит, еще будучи здесь, ты мне сказал, что собираешься
  лечь на операцию. И можешь спокойно утверждать, что то же самое ты
  рассказал и ей. Лоррейн так много пропускает мимо ушей, когда нагрузится
  как следует, что не решится возражать. А потом я тебя навестил в
  больнице. Но где?
   - Скажем, в Филадельфии.
   Это звучало действительно неплохо. Я навестил его там и решил забрать
  домой. Лоррейн не станет возражать против этого, во всяком случае - не
  при госте.
   - А деньги? - спросил он.
   - Деньги в надежном месте.
   Он уставился на меня.
   - Очень хорошо. Превосходно. Но где?
   - Говорю же - в абсолютно надежном месте. Тебе что, этого мало?
   Он мучительно повернулся на левый бок и приподнялся, опираясь на
  локоть. Луч заходящего солнца через окно высветил на его щеках щетину -
  жесткую, темную, с видимым медным отливом.
   - Джерри, будь благоразумен. Это ведь очень много денег. Настолько
  много,