о. Можно было рассчитывать, что дорогу к такой заброшенной даче освободят не сразу. А когда завал все-таки разберут, труп опознают. Надо же, бедняга профессор! Значит, он не уезжал с миссис Йомен! Тогда, наверное, и ее нет в живых! А если этому мерзавцу удалось бы воткнуть нож в того, в кого он целился, возможно, никогда не обнаружилось бы, что жена Джаса опередила его.
  
  Глава 10
  
   В двадцать минут двенадцатого я наконец покинул дом Йомена. Явился Бакльберри с помощником и стенографистом. Выглядел очень усталым. Заставил трижды повторить рассказ о событиях. Мне пришлось пообещать, что заеду к нему в контору подписать свои показания в пятницу после обеда. Ведь яснее ясного, что речь идет о самообороне. Не уложи его Джас двумя выстрелами, лезвие ножа разворотило бы ему внутренности.
   Убитого не опознали. Сейчас выясняют его личность по карточке в Фениксе.
   Бакльберри твердил усталым голосом:
   - Джас, если б в карманах было пусто, это одно дело. Богатый улов. Ему понадобилась машина, бумажник. Но у него нашли сто долларов.
   Джас в свою очередь втолковывал:
   - Фред, рад бы тебе помочь. Но, клянусь, ничего не понимаю, как и все вы.
   Я уже собрался уходить, когда Бакльберри сообщил, что после обнаружения профессорского трупа ему позвонила мисс Уэбб - очень взволнованная. Он попросил ее приехать, но та бросила трубку.
   Пришлось, не теряя времени, поторопиться в "Шалви". Не спуская глаз с дороги, я неотступно прокручивал в голове обстоятельства смерти Джона Уэбба. Когда мы с Моной Йомен перелезали через завал, тело Уэбба уже было под ним. Как заметил Джас, спрятали его необычным способом. Рассчитывая на то, что дорогу расчистят. И тогда обнаружат тело. А вдруг это был несчастный случай? Может, даже самоубийство - что-то вроде тех мрачных, кровавых историй, которые любят накручивать англичане. Ничего не происходит, а трупы вываливаются из шкафов.
   Если имел место