- Кто-нибудь мог ее ненавидеть настолько, чтобы желать смерти? Может, шантажировала кого?
   Он покачал головой.
   - Невероятно. Не могу представить ее мертвой. В ней не было никакой злобности. Выглядела зрелой женщиной, но в сфере чувств инфантильна. Вздыхала по Джону Уэббу как девчонка - ах, возвышенное, романтичное увлечение!
   Изабелл возмущенно сорвала с глаз очки:
   - Что вы придумываете! Это была примитивная, насквозь фальшивая, дешевая потаскуха!
   Мацари смотрел на нее с удивлением:
   - Мы говорим об одной и той же женщине?
   - Возможно, вас и моего брата ей удалось провести, только не меня. Я ее раскусила. Гонялась за брюками, от них она прямо дурела.
   - Изабелл, милая, - мягко заговорил Мацари. - Это ваш любимый брат и единственный родственник. Естественно, он для вас совершенство. Но, поверьте, Мона влюбилась в него как школьница. Джас это понимал. Он знал также, что рано или поздно ее блажь улетучится, и тогда ей захочется, чтобы все было опять по-прежнему, чтобы ее дорогой муженек-папочка обеспечивал ей место в обществе. Джас прекрасно понимал, что с вашим братом она надолго не останется. Оба они мечтатели. Оба прекрасные, чуткие, но для настоящей жизни еще не доросли. Джас смотрел на это сквозь пальцы, он ведь в конце концов старше на двадцать шесть лет. А Мона ничего не скрывала: хотела свободы, хотела немного собственных денег. И хотела выйти за вашего брата.
   - Ей просто хотелось с ним переспать - и только!
   - Это ведь вполне естественное следствие романтической любви, милая.
   - Перестаньте называть меня "милая"!
   - Тогда вот что, мисс Уэбб. Перестаньте судачить о том, в чем ни черта не смыслите.
   - Что вы имеете в виду?
   Он с любезной насмешкой ответил:
   - Те, кто следит за нравственностью в литературе, в большинстве своем невежды.
   До нее дошло моментально. Она пыталась изобразить возмущение, но это скорее