нал за те деньги, что я ему плачу.
   - И?..
   - Уже почти год работают специальные комиссии. Собираются навалиться на меня в феврале. Чарли раздобыл какой-то список фамилий. Имена тех, кто уже допрошен, отмечены галочками, те, кто на очереди, никак не выделены. Уолли Руперт отмечен галочкой. Мона тоже есть в списке - без всякой пометки. И множество других имен, даже из глубокого прошлого. Всякие вонючие человечки, парень. Завистники, которым не за что любить старого Джаса Йомена. Люди, охотно кидающие грязь в других. Чарли сказал, что с началом атаки будет заблокировано все, чтобы я не сумел вывезти из страны, - банковские счета, ценные бумаги, сейфы, в общем, все. Работают вроде бы самостоятельно, без ревизоров, которые обычно проверяют мои финансовые дела и уплату налогов, но имеют доступ ко всему, в том числе старым документам и налоговым декларациям прошлых лет.
   Ему принесли напиток. Откинувшись на спинку кресла, он отхлебывал из стакана и, улыбаясь, качал головой.
   - Ох, и вскинулся же я сначала, парень, а потом сразу все прошло. Знаете, о чем я сегодня подумал? Смотрел на холмы, на ту дорогу, где похоронил того зайца. Что-то я закопал вместе с ним. Что-то очень важное. Может, чувство самосохранения?
   - Откуда ж мне знать...
   - Господи Боже мой, как мне не хватает этой взбалмошной женщины!
   - Сегодня утром нашли ее машину в районе дачи у проселочной дороги. Осмотрят и пришлют вам. Больше никаких новостей.
   - Я сказал Бакльберри, что мы с вами вместе беремся за дело.
   - Знаю.
   - Он не в восторге.
   - И это знаю, Джас. Меня одно сбивает с толку. В этом городе все обо всем знают. А в газетах - никаких сообщений.
   Он пожал плечами.
   - Пусть вас это не смущает. Джейми де Врей - владелец газет, телевидения и радио. У него куча ловких ребят. И первое, что они усваивают, - публиковать только те сведения, которые им велят, ни больше ни меньше.