вете еще в апреле, когда нужно было подавать
  заявки. После рассмотрения всех факторов, просьба Нэнси о шести неделях
  была удовлетворена. Тогда у Джеми возникли серьезные возражения по
  поводу того, что он ограничен одним месяцем. Ему было указано, что Нэнси
  разрешалось быть там не больше месяца, когда она была его возраста. Он
  успокоился, получив гарантию, что в четырнадцать лет ему тоже будет
  позволено пробыть там шесть недель. Баки выражал флегматичное
  негодование по поводу всего этого. Для него ничего не значило то, что он
  начнет ездить через три года. Три года составляли половину всего его
  возраста. Это была целая вечность. Он был жертвой ненамеренной
  жестокости и ненужной дискриминации. Все разъедутся.
   Когда его в последний раз обрекли на судьбу оставаться дома все лето,
  он выступил с рядом жестких мнений о лагерях. Это просто ужасные места.
  Ты должен спать в дождь. Лошади будут лягать тебя, а лодки все
  протекают, и если ты не умываешься шесть раз в день, тебя колотят и
  колотят.
   После того как все решения были приняты, Нэнси начала медленно менять
  свое мнение с приближением лета. Она телесно и эмоционально превращалась
  из ребенка в женщину. Из ее отношения к этому стало ясно, что она
  начинает думать о летних лагерях, как о детской забавке. Большинство из
  ее компании будет поблизости от Харпера все лето. Она называла ребят,
  которые