вал густой,
  утробный звук. Он сделал порядка двадцати выстрелов на точность.
   Кэрол вышла на холм и сказала:
   - Ты похож на южноамериканского революционера, дорогой.
   - С этой штукой не так легко управляться, как я думал.
   - Почему ты стреляешь с такого близкого расстояния?
   - Эта штука предназначена для ближнего боя. Не знаю, насколько я
  готов к показательной стрельбе, но все же попытаюсь.
   - А это что?
   - Сердце.
   - Слишком маленькое, и его нужно начертить ближе к середине.
   - Ладно, не командуй. Я стою здесь, вполоборота от мишени, как будто
  ничего не случилось. А ты подашь мне команду: "Давай".
   - Давай!
   Он ловко выхватил револьвер и, развернувшись лицом к мишени, пять раз
  нажал на курок.
   Две пули попали в область живота, а три кучно расположились в грудной
  области.
   - Ого, - воскликнула она, - ни разу не промахнулся.
   - Угу.
   Кэрол слегка побледнела и судорожно сглотнула.
   - У меня, должно быть, слишком живое воображение, дорогой, но это
  выглядит так ужасно, как будто ты стрелял в живого человека.
   - Оно и предназначено для этого. В нем нет ничего романтического. Его
  цель убивать людей. У этой штуки максимальная убойная сила для этого
  класса оружия.
   Он перезарядил револьвер.
   - Хочешь попробовать?
   - Нет, лучше не надо.
   - Ну как, ты лучше себя чувствуешь после этого?
   - Да, Сэм, да. Однако трудно представить тебя... Я хотела сказать...