елал пока.
   - Бьюсь об заклад, они могли бы его арестовать. У полицейских есть
  пистолеты, которые они отбирают у мертвых убийц. Понимаешь, потом они
  идут к нему и кладут пистолет убийцы ему в карман. А потом его
  арестовывают за ношение оружия без разрешения, понимаешь, и отправляют
  его в тюрьму. А потом несут пистолет в лабораторию, разглядывают его
  через всякие штучки и обнаруживают, что это - оружие убийцы и как-нибудь
  рано утром его сажают на электрический стул.
   - Братец мой! - сказала Кэрол.
   - Джеймс, мальчик мой, дело в том, что наша страна очень хороша как
  раз тем, что в ней такие вещи невозможны. Мы не сажаем невинных людей.
  Мы не сажаем людей только потому, что думаем, будто они могут что-то
  натворить. Если бы это могло произойти, ты, Джеми Боуден, мог бы однажды
  обнаружить себя в тюрьме только потому, что кто-то оболгал тебя.
   Джеми хмуро обдумал сказанное, а потом кивнул.
   - Этот Скутер Прескотт враз закрыл бы меня.
   - Почему?
   - Потому что, понимаешь, я сейчас могу отжаться двадцать восемь раз,
  а когда смогу пятьдесят, то подойду к нему и расквашу его толстый нос.
   - Он знает об этом?
   - Конечно, я сказал ему.
   - Лучше бы тебе пойти сейчас в постель, дорогой, - сказала Кэрол.
   Уже у парадной лестницы Джеми обернулся и сказал:
   - В этом есть одна загвоздка. Скутер тоже отжимается от пола,
  проклятие.
   Когда он ушел, Кэрол спросила: