старые и выцветшие, и желтый
  полотняный лиф. Ноги ее, красивой формы, были длинные, стройные и
  загорелые. Она терла наждаком обеими руками, плавно покачиваясь в талии.
  Гладкие молодые мускулы выдавались на ее спине под кожей и тканью.
   После ухода Джила Сэм снова степенно работал, пока в час Кэрол не
  объявила обеденный перерыв. Они съездят домой, поедят и снова вернутся.
  Именно тогда Нэнси скромно заявила, что она сказала Томми Кенту, чем они
  будут заниматься, и что он, может быть, подъедет и поможет, поэтому,
  если можно, она останется поработать, а они могут привезти ей сэндвич,
  пожалуйста.
   Сэм отвез Кэрол и мальчиков домой. Майк Тернер сидел на переднем
  крыльце, ожидая Джеми. Кэрол приготовила громадные сэндвичи и гигантский
  кувшин чая со льдом. Заворачивая сэндвич для Нэнси, она спросила:
   - Ты горишь желанием снова работать?
   - Хочется покрасить корпус до темноты.
   - Я собираюсь уложить Баки поспать. Он полностью выдохся. Он завизжит
  от одной мысли об этом, но отрубится через десять секунд. Поезжай
  вперед, а я привезу мальчиков где-то через час.
   Сэм взял "МГ" и снова поехал на верфь. Он обошел навес, неся сэндвич
  и маленький термос чая со льдом. Нэнси сидела на корточках, зачищая
  нижний изгиб корпуса, место, до которого трудно добраться. Она
  улыбнулась ему.
   - Пока нет твоей голубой мечты?
   - Пока нет, папа. Так уже не говорят.
   - А как