о, который пытается найти работу! От которой его почему-то освободили за взятки.
   - Ах вон оно что? Господи, я совсем забыл, что ты у нас из тех самых реформаторов. Ну извини, Тид, извини... Мне показалось, ты обычный убийца. Причем именно нашего размерчика. Впрочем, извини, коли не так... Мало ли что? Надеюсь, не в претензии?
   К тому времени, как они собрались уезжать, Тид уже вполне мог стоять на ногах без посторонней помощи - природа есть природа, ничего не поделаешь. Более того, они ведь ничего не нашли, кому-кому, а уж ему-то это было ясно. Об этом достаточно красноречиво говорил сам вид эксперта Брознабана - растерянный, неуверенный...
   Старательно поддерживая Тида с обеих сторон - частично потому, что он при всем желании еще не совсем уверенно стоял на ногах, - они прошли до машины, не особенно церемонясь, запихнули его на заднее сиденье, рядом с уже сидевшим там мрачным сержантом Бойдом, тот в довершение всего прижимал к своему до сих пор кровоточащему носу влажное полотенце, бесцеремонно "позаимствованное" из ванной комнаты Тида.
   Оказавшись в двухместной камере городского полицейского участка, Тид Морроу, уже полностью освобожденный от шнурков, галстука, перочинного ножа и иных предметов, с помощью которых мог лишить себя жизни, сначала неуверенно присел на железную койку, а потом с явным удовольствием на нее прилег. И постарался как можно удобнее устроить свое вконец измученное тело. После всех этих пыток! Тид уже почти заснул, когда в камеру вошел все тот же самый Пилчер и... какой-то незнакомец в полувоенных брюках, непонятно какой рубашке с короткими рукавами и с бросающимися в глаза рыжеватыми волосами на предплечьях...
   - Он что, по-прежнему продолжает упрямиться, Гарри? - почему-то абсолютно равнодушным тоном спросил незнакомец.
   - Да нет, боюсь, он просто еще не совсем понял, что мы хотим ему помочь, Мосс... Подержи-ка его.
   Они вдвоем сдернули Тида с железной койки, поставили на колени,