Марсия, каким голосом она с тобой говорила? - спросил Тид.
   - Испуганным. До смерти испуганным. Сказала, что папа должен сделать все, что у него попросят сделать.
   - Странно, лично мне всегда казалось, напугать Джейк не может ничто, абсолютно ничто в целом мире, - неожиданно мягким голосом, с нотками искреннего удивления произнес Пауэл, пожал плечами и вышел.
   Через минуту до них донесся громкий стук двери его кабинета.
   - Тид, ты должен убедить его сделать все, что они попросят, - тихим, умоляющим, но настойчивым тоном сказала Марсия. - Ты просто обязан! У нас нет иного выхода.
   Тид сел на стул напротив нее.
   - Он на редкость упрямый человек, Марсия, ты же знаешь.
   - Но не бессердечный. Дороже, важнее младшей дочери Джейк у него никого и ничего нет, Тид.
   - Нет, Марсия, неужели ты до сих пор не научилась понимать своего отца? Его нельзя ни купить, ни запугать. Хотя именно этого они сейчас и добиваются. Любыми средствами. Сначала запугать, потом купить!
   - Значит, гордыня, даже самая благородная, может быть важнее... важнее, чем жизнь моей сестры? И ты будешь на его стороне?
   - Нет, не буду. Но я знаю, что конечное решение, думаю, в любом случае очень трудное решение, будет принимать он, и только он один.
   - Какое трудное решение, Тид? Неужели тут можно даже колебаться? Не зная, где она и... что с ней... происходит...
   - Когда и как именно она "пропала"?
   - Сразу после ужина. Помыла посуду, оделась и сказала, что хочет сходить в книжный магазин на углу. Чтобы забрать журнал, который она заказала несколько дней назад. Домой уже не вернулась. И... и даже не дошла до магазина. Я проверяла.
   - Что на ней было надето?
   - Синие джинсы, спортивный свитер с красно-белыми полосками, короткая куртка и широкий белый шарф... Иди поговори с ним, Тид. Попробуй убедить его, что в опасности жизнь его дочери, что это в любом случае намного важнее всех ваших политических разборок.