Он медленно, почему-то тяжело поднялся со стула:
   - Что ж, наверное, ты права. Пойду попробую. Хотя...
   Войдя в кабинет, Тид увидел, что Деннисон сидит за письменным столом, тупо глядя на кипу бумаг. Не очень яркий свет настольной лампы освещал поверхность стола, но оставлял в тени все остальное.
   - Шеф, должен заметить, для расправы они выбрали, мягко говоря, довольно мерзкий способ.
   Прозвучавший в ответ голос Пауэла звучал до странности отстраненно:
   - Знаешь, Тид, теперь, когда это уже случилось, мне становится все более и более понятным, что чего-то вроде этого я ожидал давным-давно. Вот только подспудно, теоретически, не применяя лично к себе... Оказывается, не зря говорят: дети - это заложники судьбы. Не зря!
   - Так, может, лучше не искушать судьбу и сделать, как они хотят? Чего бы они ни хотели!
   - Возможно, ты и прав, Тид, но все дело в том, что во мне живут два Пауэла: с одной стороны, я самый обычный человек и... к тому же отец двух взрослых дочерей, а с другой - политический деятель, который просто не может, не имеет права допустить, чтобы его шантажировали, покупали, заставляли делать недостойные поступки. Ну и как мне теперь поступить? Оставаться самим собой или уступить этим подонкам? Компромисс, конечно, найти всегда можно. По крайней мере, в голове. Ну а в сердце? А способен ли один человек разорвать самого себя на две половины? Тид, тебе когда-нибудь приходилось отвечать на такие вопросы?
   - Сейчас речь о куда более важных вопросах, Пауэл...
   - Боюсь, слишком многим уже доводилось обжечься на "куда более важных вопросах".
   - Это сильно попахивает фанатизмом, шеф. Или, если тебе так приятнее, популизмом.
   - Тид, прежде чем я приму решение, мне надо выслушать их конкретные требования. Без этого, сам понимаешь, любое решение было бы не более чем простым мальчишеством. Если от них потом можно будет отказаться, я приму их, но если нет, я приму их вызов. И постараюсь