вещения.
   Здесь все выглядело так, как будто это было неким частным, уединенным "дворцом удовольствий" для избранных. Где железобетонной, безжалостной мадам можно было свободно распрямиться, забыть, что она чисто механический "вычислитель", и почувствовать себя женщиной во плоти... короче говоря, живым существом со всеми ее достоинствами и недостатками.
   - Быстрее, быстрее!
   В каждой из двух шикарно обставленных комнат стояла огромная постель с двумя подушками. Войдя во вторую комнату, Тид сразу же за постелью увидел женскую руку, беспрерывно, как на всю жизнь запрограммированный автомат, сжимающую и разжимающую ладонь, сжимающую и разжимающую...
   Он подбежал к ней и остановился как вкопанный, увидев вместо лица кровавую маску. Густые, шикарные волосы и великолепное полуголое женское тело, безусловно, принадлежали Барбаре Хеддон. Но на лицо... вернее, на то, что осталось от совсем еще недавно прекрасного лица Барбары, было просто страшно смотреть. Сплошная кровавая маска! Болезненно постанывая, медленно переваливаясь с боку на бок, Барбара в агонии нестерпимой боли непрерывно царапала ногтями обеих рук бледно-серый ковер. В воздухе стоял смутный запах гари, источник которого, стал Тиду вполне понятен, когда он увидел маленький пистолет, валявшийся где-то в метре от нее.
   Он склонился над девушкой:
   - Барбара, Барбара, это я, Тид. Тид Морроу. Ты меня слышишь?
   Внимательнее приглядевшись, он увидел, что с ней сделали. Кровотечение было не слишком обильным - ее несколько раз резанули острым ножом по щекам. И порезы были не такими уж глубокими. Во всяком случае, так казалось...
   Но в голосе Барбары появились странные свистящие звуки.
   - Я... я промахнулась, Тид. Выстрелила в нее и... промахнулась. А у нее был нож... Он всегда...
   - Ты не промахнулась, Барбара.
   - Что с моим лицом, Тид? Я ничего не вижу...
   - Да нет, все в порядке, Барбара, - мягко сказал он. - Ничего страшного. Просто