руках чуть не упала на пол.
   - Барбара? Э-э-э... да.
   - Почему вы так разволновались, сестра?
   - Просто когда вы спросили меня, я как раз обо всем этом думала, только и всего. Вы ведь раньше никогда меня о ней не спрашивали. И она тоже. Мне это показалось странным. Вот я и подумала...
   - К ней приходили посетители?
   - Только ее родные из Балтимора. Никого из местных здесь не было.
   - А Армандо Рогаля уже выписали?
   - Да, он пробыл здесь всего четыре дня. За ним приехала какая-то толстая женщина и забрала его домой. Кажется, миссис Ферма или что-то в этом духе.
   - Могу я повидаться с Барбарой Хеддон?
   - Я спрошу у ее лечащего врача. Вставать ей еще нельзя.
   - Дайте мне, пожалуйста, знать.
   Днем к нему в палату зашел доктор Барбары и, подвинув стул к кровати, сел.
   - Мне передали, что вы хотели бы с ней повидаться.
   - Да, если это возможно. Как она?
   - Ко всему безразлична, равнодушна... И знаете, это очень даже хорошо. Как ее лечащего врача, меня это полностью устраивает. Это куда лучше, чем если бы она мрачно переживала случившееся. Пусть сначала поправится, ну а уж потом...
   - У нее на лице... будет много шрамов?
   - Она уверена, что да. Лично я думаю иначе. Самые большие проблемы сначала были с ее левым глазом. Думал даже, его придется удалить. Но после на редкость удачной ювелирной работы на глазных мышцах все оказалось в порядке. Глаз удалось сохранить. Я по-настоящему горжусь этим. И даже собираюсь в деталях описать этот случай в национальном медицинском журнале. Это же было совсем как пришить пару оторванных крылышек комнатной мухе!
   - А как насчет шрамов?
   - Лезвие было очень острым, так что порезы оказались глубокими, но весьма аккуратными и по-своему даже симпатичными. С правой стороной все уже в порядке, а вот с левой еще не совсем. Из-за потери ткани. Сейчас ее левая рука вытянута и закреплена над головой. Я рассказываю вам об этом простым,