миренным тоном произнесла:
   - Спокойной вам всем ночи.
   Пока окончательно не стих скрип лестничных ступенек и громко не хлопнула дверь ее спальни, никто не произнес ни слова.
   - Да, трудная девочка, ничего не скажешь, - тяжело вздохнул Пауэл.
   Марсия поставила локти на стол, опустила на сжатые кулачки головку.
   - Ей кажется, что она в тебя влюблена, Тид, - пояснила Марсия. - В последнее время Джейк сама не своя. Раньше с ней такого не происходило.
   "Хорошо, что все наконец-то стало явным и открытым", - с огромным облегчением подумал Тид.
   - Да, меня это ставит не в самое удобное положение, - отозвался он.
   - Я знаю, знаю, - кивнула Марсия.
   - При чем здесь неудобное положение? Что это еще за неудобное положение? - требовательно поинтересовался Пауэл.
   - Папа, ну неужели тебе не ясно? Неужели ты ничего не замечаешь? - нетерпеливо заметила Марсия. - Если он смеется над ней или говорит с ней слишком строго, она тут же делает что-то ужасно глупое или ужасно нелепое. Если же он, наоборот, поступает так, что ей кажется, будто он ее поощряет, она делает то же самое, только еще хуже! Пока у нее не пройдет это, Тиду придется все время ходить по острию бритвы.
   Тид, полуобернувшись, бросил на нее короткий, полный искренней признательности взгляд.
   - Ладно, осталось совсем немного до окончания школы. Летом она будет работать в лагере, ну а потом, в сентябре, уедет в колледж, - попытался успокоить их Пауэл.
   - Папа, для нас от октября до июня всего несколько коротких месяцев, а для Джейк - все равно что несколько долгих лет.
   - Хорошо, хорошо, я с ней поговорю... Завтра же, - тяжело вздохнув, пообещал отец.
   - Нет, нет, ради бога, не надо, папа, а то будет еще хуже! - воскликнула Марсия.
   Позже, когда вся посуда была перемыта и поставлена на место, Пауэл Деннисон, кашлянув, сделал очередную из своих неуклюжих попыток "как бы случайно" оставить Тида и Марсию вдвоем.
   -