осле чего из всех отверстий моторного отсека повалили густые клубы белого дыма.
   Жилистый чернявый человечек по имени Сэм был уже рядом с Равалем, и оба они, схватившись за животы, громко и искренне хохотали. Девушка в элегантном белоснежном платье на бретельках стояла прямо за ними и тоже смеялась. Причем даже громче, чем ее хозяин и его слуга... Выйдя из машины, Тид вырвал "бомбу" из-под блока свечей зажигания и отшвырнул ее на траву. Затем с грохотом захлопнул капот, сел в машину и снова завел мотор... Их громкий издевательский хохот доносился до него даже в самом конце подъездной дорожки, когда он снизил скорость, чтобы свернуть на основную дорогу.
   Только через милю с лишним Тид позволил себе расслабиться, пожать плечами и даже сочувственно улыбнуться. Сочувственно самому себе и Деннисону. Да, похоже, Раваль говорил весьма убедительно. Даже слишком убедительно. И та небрежная уверенность, с которой он высказывал свои откровенные угрозы, была направлена прежде всего на то, чтобы надломить его, Тида Морроу, уже сейчас. Морально и психологически. Как же он точно рассчитал время, чтобы в нужный момент "вбросить" Фелис Карбой! На такое способен разве что человек, хорошо знакомый с законами и внутренними нюансами человеческой психологии. Той же самой цели предназначалась также и отвратительная демонстрация хозяйской власти над ни в чем не повинной девушкой...
   Впрочем, к моменту, когда Тид подъехал к городской мэрии, к нему уже практически полностью вернулась его обычная уверенность в себе.
   Мэрия располагалась в приземистом здании из желтого кирпича и крупнозернистого песчаника с четырьмя двухэтажными колоннами на фронтальной стороне. Прямо перед ним была разбита небольшая травяная лужайка, до неприличия захламленная обрывками использованной бумаги, обертками и прочим мусором, посреди которой широкая асфальтовая дорожка вела к обшарпанным ступенькам центрального входа; за зданием узенькая крытая тропинка соединяла мэрию