зко выкрикнула:
   - Черт тебя побери, Тид! Неужели вот только так прямо и надо говорить?
   - Ну, если ты не хочешь слышать такое "вот так прямо", то тогда постарайся сама выразить точнее, что, собственно, ты имеешь в виду и что тебе хотелось бы услышать. Так будет лучше и для тебя, и для меня, и для всех остальных.
   Она пожала плечами:
   - Все в округе и так открыто называют тебя "правой рукой Деннисона". С тех самых пор, как шесть месяцев назад он специально вызвал тебя сюда. И если бы ты захотел помочь Марку, то наверняка мог бы найти способ, как это сделать.
   - Если бы захотел.
   Фелисия снова опустила голову и "пробежалась" кончиками пальцев по тыльной стороне его запястья.
   - Неужели ты на самом деле захочешь лишить меня моих маленьких невинных замыслов, дорогой?
   - И что, если да?
   - Я... а знаешь, мне самой до сих пор не совсем понятно, как это... как я могла продолжать все это.
   - Что именно?
   - А то, что я люблю тебя, что просто не могу без тебя, но...
   - Но при этом тебе хочется считать, что на самом деле ты все это делаешь только и исключительно для блага Марка, так ведь?
   Она даже не подняла головы.
   - Не надо быть со мной таким жестоким, Тид, прошу тебя.
   - Ты что, хочешь, чтобы я дал тебе какое-то обещание?
   - Да, Тид, хочу. Очень маленькое, совсем маленькое обещание. Которое никому не принесет вреда, практически никого не затронет, совершенно никому не навредит. Ведь Марк совершенно не опасен. - Он успел заметить, как ее губы на какое-то мимолетное мгновение исказила кривая гримаса, которая, впрочем, тут же исчезла, будто ее никогда и не было. - Он просто-напросто дурак. Не более того...
   У Тида вдруг появилось смутное, однако при этом какое-то вполне осязаемое ощущение того, что он находится где-то совершенно в другом месте и со стороны наблюдает за двумя фигурами, сидящими на постели номера коттеджа в курортном кемпинге, наблюдает бесстрастно,