, что он сделал с нею
  что-то невероятное... Отлично... Это как раз то, что мне говорили...
  Наложено шесть швов...
   Судья снова стукнул по столу:
   - У обвиняемого есть защитник?
   - Да, - ответил Латур.
   Блекли повернулся к Шварту.
   - Адвокат защиты имеет что-либо сказать перед судом, пока обвиняемого
  не вернули в тюрьму под надзор шерифа Велича до того времени, пока не
  будет назначен день суда в высшей инстанции?
   Шварт вполголоса поговорил с Латуром:
   - Мне не нравится реакция публики, - честно признался он. - И еще
  пятьсот человек, которые находятся около тюрьмы на лужайке. Это должен
  решать ты. Но я не думаю, что будет благоразумно прямо обращаться с
  просьбой о твоем освобождении под залог. Я лично считаю, что будет лучше,
  если ты переждешь в тюрьме, а я постараюсь, пока это немного успокоится,
  собрать как можно больше убедительных доказательств для последующего
  следствия. Я боюсь, что сейчас могу только все испортить.
   Латур смотрел на Шварта с безразличным видом. Он дошел до такого
  состояния, что ему все становилось безразличным. Его сердце и разум
  отяжелели. Он чувствовал себя потерянным в джунглях ненависти, в которой
  он был неповинен.
   - Делай, как лучше, - сказал он. - Ты знаешь закон и ты знаком с
  реакцией толпы. Ведь ты мой защитник.
   Шварт поправил узел галстука и обратился к судье:
   - В настоящее время, ваша