есть семье
  Латуров. Я пришел сюда потому, что не верю, что ты убил Джека Лакосту и
  изнасиловал его жену. Вот проклятие! С мужем, которого только что спустили
  на ее глазах, и принимая во внимание абсолютную темноту в домике и страх,
  который она испытывала, нет ничего удивительного в том, что она приняла
  тебя за агрессора, потому что она последним слышала твой голос...
   - Но ведь это не я...
   Велич зажег одну из своих дорогих сигар.
   - Я знаю это, но доказать это уже другой вопрос. Все молодые люди в
  городе и, немало в окрестностях, уверены, что это ты убил Лакосту, чтобы
  повозиться с его женой. - Старый шериф был философом. - Но я не думаю, что
  преступление было необходимо. А потом, с тем десертом, который ожидает
  тебя в постели, это было бы, как если бы ты отправился к Джо Банко есть
  сэндвичи, когда тебя ожидает стол у Антуана с устрицами "кардиналь",
  жареный цыпленок "Бурдолез" и суфле "Мараскин".
   - Да, примерно так, - согласился Латур.
   Пустые глаза шерифа Велича приняли задумчивое выражение.
   - Я вижу больше. Кто-то, без сомнения тот, кому есть, что скрывать и
  на которого мне не удается наложить руку, теперь мутит головы здешним
  парням. Судя по слухам, которые распространяются на улицах, ты тот же
  самый тип, который изнасиловал тех трех девочек. И виски течет рекой,
  чтобы подогреть уши.
   - Понимаю, - спокойно сказал Латур.
   Велич стал смеяться.