нение, он готов заплатить. Долгое время множество людей
  жили спокойно и безмятежно, пока не наступила расплата.
   Немного позднее по цементному полу прозвучали торопливые шаги на
  каблучках-шпильках, и, нагруженная той же корзиной, в сопровождении Мета
  Ла Ронда, Ольга появилась перед камерой Латура.
   - Твоя жена принесла тебе завтрак, - заявил помощник шерифа.
   Ла Ронд открыл дверь камеры, взял из рук Ольги корзину, передал ее
  Латуру и снова закрыл дверь.
   Латур ждал, что тот уйдет и даст ему возможность поговорить с Ольгой.
  Но вместо того, чтобы удалиться, помощник шерифа закурил сигарету и,
  прислонившись к двери одной из женских камер, стал любоваться фигурой
  молодой женщины.
   Латур хотел протестовать, но сдержался. Он не был в состоянии спорить
  с кем бы то ни было.
   - Спасибо за завтрак, - сказал он своей жене, - но ты совершенно не
  обязана кормить меня. Правда, суп здесь немногого стоит, но это неважно.
  Соединенные Штаты обязаны меня кормить.
   Ольга молча пожала плечами. Как всегда, когда она волновалась, ее
  акцент делался еще заметнее. - Этого я не могла знать. Много раз, когда мы
  спасались от неприятеля, направляясь на Юг, сперва в Японию, потом в
  Китай, отца моего задерживали. И тогда моя мать и я ходили к нему и носили
  ему еду... Иначе ему нечего было бы есть.
   Несмотря на то, что после обеда у Джо Банко Латур ни разу
  по-настоящему не ел,