грудь, ты
  думаешь, что судьи проглотят твою историю?
   - Нет, - признался Латур, - я этого не думаю.
   Адвокат снова стал ходить по камере.
   - И к тому же, нам безусловно будут совать под нос все то, что твой
  шурин говорит повсюду.
   - И что же?
   - Что его сестра и ты плохо ладили друг с другом.
   - Это...
   - Он настаивает на том, что между вами невозможна физическая
  близость.
   - Это совершеннейшая ложь.
   - У тебя были сношения с твоей женой в ту ночь, когда ты отправился к
  домику Лакосты?
   - Да.
   - Она засвидетельствует это?
   Латур подумал об Ольге, лежащей в его объятиях, в темноте ночи, в
  ожидании услышать от него слова любви. Теперь он знал об этом.
   - Я бы не хотел просить ее об этом, - сказал он, - даже если бы мне
  угрожал электрический стул.
   Шварт сел рядом с ним.
   - Посмотри на меня, Энди.
   Латур повернулся к нему.
   - Ты клянешься мне, что не убивал Лакосту?
   - Я клянусь тебе.
   - И что ты не насиловал его жену?
   - Я не насиловал его жену.
   - Я тебе верю, Энди, - наконец сказал Шварт. - И я думаю, что мы
  должны использовать то малое количество времени, которое у нас осталось,
  чтобы обнаружить того незнакомца, который, по твоим словам оглушил тебя.
   Латур был в отчаянии, ему казалось, что невозможно будет доказать
  свою невиновность.
   - А как ты собираешься взяться за защиту?
   - Мы начнем