ли
  из рук в руки. Латур стоял, предоставленный самому себе, им никто не
  занимался. Но вот один из приезжих, которого он и раньше заметил в толпе,
  взял на себя труд распорядителя.
   - Хорошо. Давайте покончим с этим делом, - сказал он. - Если среди
  нас есть люди, которые дрожат от страха, то напрасно. Тот, кто убил шерифа
  Велича, просто болван. Это понятно. Но не может же Штат Луизиана
  арестовать четыреста человек. Пока мы держимся друг друга, все будет
  спокойно. Передайте мне веревку.
   Толстая бухта веревки с петлей на конце стала передаваться по рукам.
  Люди почти боялись дотронуться до нее, совсем как Джим Руссо, когда он
  держал свое ружье.
   Парень, который решил, что пора кончать, надел петлю на шею Латуру
  так, чтобы узел пришелся напротив левого уха.
   - Сколько вам заплатили, чтобы вы сделали это? - спросил Латур.
   Вместо ответа, тип раздавил свою ладонь на его лице.
   - Закрой пасть! Читай свою последнюю молитву, если хочешь. Тебе
  остается совсем немного времени, мой дружок.
   Он поднял веревку и накинул ее конец на толстый сук, под которым
  стоял фургон Лакосты.
   - Ну, вот. Не стойте вы все тут, пяля на меня глаза. Ну, заставьте
  Латура влезть на крышу фургона. Потом нужно, чтобы кто-нибудь взял на
  прицел и этот фургон, чтобы вытащить из-под ног Латура. Таким образом, он
  упадет на добрых три метра.
   Две дюжины людей подняли Латура