сть населения планеты погибнет
  в страшной битве.
   В своих рассуждениях о людской греховности отец Динант пошел еще дальше.
  Для того чтобы приблизить час Страшного Суда, Соединенные Штаты могли бы
  обратиться в Организацию Объединенных Наций за разрешением поменять название
  статуи, возвышающейся над заливом Нью-Йорка, со "свободы" на
  "вседозволенности", а вместо факела вложить в руки этой уже давно не модной
  деве каменный фаллос, созданный скульптором-авангардистом, а под мышку
  вместо свода законов запихнуть ящик с контрацептивами и огромную бутыль
  "Лавориса"...
   Стареющий, но все еще крепкий здоровьем, отец Динант негодующе посмотрел
  сквозь стеклянную дверь балкона на безоблачное небо. Затем, немного придя в
  себя, он снял с головы шляпу и уже более спокойным голосом произнес:
   - Хорошо. Я понимаю, что не прав, и глубоко раскаиваюсь за такие мысли.
  Знаю, что должен продолжать борьбу за спасение людских душ. Однако,
  Всевышний, я был бы совсем не против, если бы Ты ниспослал на землю хоть
  немного адского огня, горящей серы и несколько огненных мечей. Мне кажется,
  для этого сейчас самое время. И еще. Господи, раз уж мы затронули эту
  тему... Помню, что говорил Сын Твой, когда его распяли на Кресте, и с
  момента окончания семинарии молю о том же. Хотя, возможно, это и не мое
  дело... - Святой отец опять опустил глаза и посмотрел на соседний балкон. -
  Но я бы на Твоем месте не простил их. Они здравомыслящие люди и знают,