балкон и стала смотреть на океан. Она была уверена, что письмо ей прислал
  Джек Мэллоу, потому что никто другой этого сделать не мог, и она не знала,
  стоит ли вообще его открывать. Если пилот решил, что может так свободно
  входить в ее жизнь и с такой же легкостью выходить из нее, то, значит, он
  прислал ей свои извинения. "Нет, пусть этот грязный подонок катится ко всем
  чертям", - думала девушка.
   Кара посмотрела вниз и рядом с бассейном увидела толпу роскошно одетых
  людей, женщин в дорогих мехах, мужчин в строгих вечерних костюмах.
  "Наверное, Хассан в чем-то был прав, когда сегодня сказал, что тому, у кого
  ничего нет, терять нечего", - подумала девушка. Видя такое скопище богатеев,
  трудно поверить, что в мире существуют и голодающие.
   Кара достала сигарету и, закурив, села в стоявшее на балконе кресло. Она
  мысленно сравнивала убогое обиталище Хассана, из которого совсем недавно
  вернулась, с фешенебельным "Отель Интернэшнл" и дорогими домами,
  протянувшимися вдоль побережья, занимаемыми принцем и его многочисленной
  свитой.
   Сегодня при дневном свете, когда Кара приехала к Хассану Хафизу, его
  прогнивший прогулочный катер, стоявший в заросшем водяными гиацинтами
  заливе, и увитые диким виноградом полуразвалившиеся постройки на берегу уже
  не показались ей столь зловеще-мрачными, как в первый раз.
   Сводный брат принца в одних купальных трусах лежал на брезенте,
  расстеленном на верхней палубе катера, и наслаждался