положение их фирм, экономических аспектов сделки
  или политики, в ее присутствии тотчас замолкали: опасались, что наемная
  секретарь-машинистка может оказаться иностранным агентом. Однако те, кто
  следил за сохранностью информации, не подлежащей разглашению, прекрасно
  знали: тот, кто прилюдно проявлял бдительность, мог легко проговориться
  после шести стаканов холодного мартини, а еще более вероятно - оказавшись с
  секретаршей в постели. Поэтому Кара понимала, почему так скрупулезно
  проверяют ее при въезде в страну.
   - Итак, продолжим. - Мистер Торк взглянул на прибывшую. - Вы говорите,
  что родились в Риме, отец у вас американец, а мать итальянка?
   - Да, так оно и есть. Но отец зарегистрировал меня в американском
  посольстве в тот же день, как я родилась. Мистер Торк кивнул:
   - Этот факт должен содержаться в вашем личном деле. Там же указано, что
  ваш отец, бывший старший сержант военно-морских сил США, когда вы родились,
  еще работал, и этот факт делает вас гражданкой Соединенных Штатов
  автоматически.
   Кара мило улыбнулась:
   - Спасибо, мистер Торк. Я очень рада, что являюсь гражданкой Соединенных
  Штатов Америки. Мое гражданство не позволяет мне чувствовать себя на родине
  чужой.
   Чиновник службы иммиграции пропустил мимо ушей эту фразу, сказанную Карой
  с сарказмом, и тут же сменил тему разговора:
   - Верю, что ваш приезд в Майами организовал отдел кадров "Отель
  Интернэшнл", что с вами связались в Стамбуле и