ться с такой публикой.
  Безусловно, мы должны делать то, что приказывает нам начальство, но порой
  мне наша внешняя политика напоминает анекдот про домохозяйку, которая
  направила письменные показания в бюро, выдающее патенты на лекарства. В них
  она свидетельствовала, что до пользования бальзамом, приготовленным на
  основе яда гремучей змеи, была такой нервной и раздражительной, что никак не
  могла переспать с собственным мужем. Однако, употребив две баночки этого
  бальзама, женщина почувствовала себя настолько хорошо, что стала спать с
  каждым встреченным мужчиной.
   Мейерс рассмеялся.
   - А что с Саркати? - спросил он. Торк пожал плечами.
   - Не знаю, зачем мы и его пасем. Скорее всего, у нас перед ним какие-то
  обязательства, раз считаем его наилучшим вариантом. Возьмите, к примеру,
  Тито. Он хоть и стервец, но стервец наш. Давайте посмотрим правде в глаза.
  Мы оказались на самом острие борьбы с мировой революцией и призваны делать
  все, чтобы она не разгорелась.
   Мейерс подошел вплотную к столу, за которым сидел Торк.
   - И в этой борьбе вы участвуете с самого начала, Джек? Не так ли? -
  спросил он.
   - Да. По крайней мере, с того момента, как Хассан, единоутробный брат
  Саркати, впервые попытался совершить переворот, - ответил сотрудник
  Центрального разведывательного управления США. - А произошло это в мае 1960
  года, сразу же после того, как сбили наш "У-2", а парни за "железным
  занавесом" совсем обнаглели. Так или иначе,