у
  Джорджи. Судя по выражению лица, он внимательно слушал. Потом вдруг вскинул
  к плечу винтовку - камера сделала быстрый поворот, и на экране снова
  появился шериф. Старик вздрогнул и медленно поднес руку к лицу. Было
  отчетливо видно, как вдруг у него на лбу появилось черное отверстие.
  Широкополая шляпа свалилась с головы и покатилась по земле. Изо рта выпала
  дымившаяся сигара. Он стоял еще мгновение, потом колени у него подогнулись,
  и, скатившись по ступенькам, он ничком рухнул на землю.
   Вдруг тишину разорвал визгливый крик Джорджи.
   - Я все расскажу! - пронзительно вопил он. - Все! Муллен тяжело вздохнул.
  Лицо у него стало усталым и старым.
   - Можешь не торопиться, сынок. Когда речь идет об убийстве, я предпочитаю
  говорить с тем, кто это затеял, а не с шестерками вроде вас. Отведи его в
  камеру, Билл, да запри покрепче. А ты, приятель, проследи, чтобы с пленкой,
  упаси Бог, ничего не случилось.
   - Непременно! - закивал лысый. - Небось не дурак. Я сразу понял, что ей
  цены не будет!
   Муллен снял со стены шляпу, нахлобучил ее на голову и направился к двери.
  Следом за ним двинулись Латур и Прингл. Инженер с нефтеприисков замыкал
  шествие. Выйдя на крыльцо, они пересекли двор и все так же молча уселись в
  заляпанную грязью машину.
   Пока они ехали, никто не проронил ни слова. Наконец Муллен остановил
  машину возле старинного дома с колоннадой. Белый как снег, он выглядел
  настоящим воплощением