оздно,
  чтобы торопиться домой к ужину. Да и если честно, самой Ольге давно уже все
  равно, вернется он домой или нет.
   Латур неторопливо пересек лужайку, тянувшуюся перед зданием конторы
  шерифа, и побрел по улице Лаффит. Если кому-то еще не доводилось видеть
  города "открытого порока" <Американский сленг. Город, в котором открыто
  разрешена неограниченная продажа спиртных напитков, открыты публичные и
  игорные дома.>, то во Френч-Байю было на что посмотреть. Вся улица, лежавшая
  перед ним и залитая неоновым светом, где за каждой второй дверью громыхала
  музыка, изобиловала ночными клубами и барами, битком набитыми людьми,
  карманы которых топорщились от денег. Улицы же просто запружены ими; но
  здесь встречались не одни мужчины. Было и немало девушек, прелестных юных
  созданий в ярких платьицах, - они сновали взад и вперед, стреляя глазками по
  сторонам и прикидывая цену, которую можно заломить.., достаточно только
  удовлетворить то, всем хорошо известное желание, которое, строго говоря, не
  являлось ни голодом, ни жаждой и утолить которое могли только эти женщины.
   Двое крепко подвыпивших мужчин, в одном из которых Латур узнал Джорджа
  Вилльера, капитана пароходика, совершающего чартерные рейсы, неуклюже
  размахивали кулаками прямо напротив кафе португалки Джо, а собравшаяся
  вокруг толпа с энтузиазмом вопила.
   Вздохнув, Латур растащил буянов и тут же пожалел об этом. Пьяный Вилльер,
  возмущенный