ом Белушем - просто пара грязных старых мошенников. Мы увязли по самые
  уши. Конечно, когда-нибудь этому придет конец. Но пока что мы с ним намерены
  выдоить из этого городишки сколько можно. Хочешь знать, почему? Вот уже
  давно мы с ним чувствуем, как это приближается. Белуш отслужил почти
  тридцать лет, я - двадцать пять, и все эти годы мы с ним честно пытались
  навести хоть какой-то порядок в этом вонючем болоте под названием
  Френч-Байю, Ей-ей, с аллигаторами и то легче! Мы каждый день рисковали
  головой, работали как проклятые, а платили нам не больше, чем обычным
  поденщикам. Ты говорил, что был в Корее, парень, верно? Так вот, ты уж мне
  поверь - уцелеть здесь так же непросто, как и там. Любой подонок может
  всадить в тебя пулю - ты и глазом моргнуть не успеешь. Поверь, я знаю, о чем
  говорю, - знаешь, сколько раз стреляли в меня самого?
   - Но ведь это было давно!
   - Ну, не так уж давно. Сколько тебе лет, Энди? Двадцать семь, угадал?
   - Двадцать восемь.
   - А мне пятьдесят. И большую часть этих лет я провел, стараясь, чтобы у
  меня не поехала крыша от вечных воплей ночных жаб да жалобного воя ветра.
  Впрочем, чего скрывать, я уже давно привык ко всему этому. Мне нравится
  испытывать возбуждение. Мне нравится, когда у меня в карманах похрустывают
  новенькие доллары. Да, у нас открытый город, так что с того? Кому от этого
  плохо? Ты когда-нибудь видел, чтобы я или старик взяли деньги от