Но...
   Харт заключил ее в объятия и поцеловал. Потом перецеловал округлые
  холмики, которые она обнажила, но ласково, без страсти. Он мог позволить
  себе быть терпеливым. Эта связь не на одну ночь. Надолго. Навсегда.
   Он продолжал целовать и ласкать ее.
   Герта прижалась к щеке Харта.
   - Мне это нравится. Харт поцеловал ее в губы.
   - Мне тоже. Но закончим на этом. - Он держал в ладонях ее затылок. -
  Теперь я скажу тебе, что делать. Отправляйся и прими ванну, потом надень
  свои обновки. Я тем временем спущусь и посмотрю, не удастся ли мне узнать
  что-нибудь о Бонни. Потом, когда я вернусь, мы вместе выйдем и где-нибудь
  отметим нашу свадьбу. А теперь отправляйся принимать ванну.
   Можешь не торопиться. У нас с тобой впереди вся оставшаяся жизнь.
  Навечно.
   Герта повторила за ним последнее слово:
   - Навечно. Звучит приятно.
   Она стянула с себя трусики и пошла в ванную комнату.
   - Пожалуйста, не задерживайся долго.
   - Не буду, - пообещал Харт. - Можешь мне поверить. Он быстро вышел из
  номера и запер дверь. Служащий за стойкой администратора оторвался от
  местной газеты двухдневной давности. Когда Харт выложил перед ним
  пятидолларовую бумажку, тот отложил газету в сторону.
   - Это за информацию, - объяснил Харт.
   - Слушаю, сеньор?
   - Сомневаюсь, что она регистрировалась здесь, но вы ничего не слышали о
  сеньоре Альвередо Монтес? - спросил Харт. - Симпатичная