по крайней
  мере, мистер Харт уверяет, что та девушка говорила ему, что видела Бонни.
  Толстушка была явно довольна.
   - Ты слышишь, Хайме? Меня приняли за стриптизершу из ночного клуба!
   Де Медозе это не показалось забавным, казалось, он что-то припоминал.
   - Как давно это случилось?
   Харт с трудом справился с приступом удушья. Вот оно! Наконец-то он
  добрался до самого конца: Пегги ему солгала. Теперь ему ничего не
  оставалось, как возвратиться в Лос-Анджелес и отдаться на милость властям.
  Если только, конечно, он успеет туда доехать. Если его не арестуют прежде,
  чем он доберется до границы и его не обвинят в убийстве Луиса и шофера.
   - В середине апреля. А что? - ответил он на вопрос владельца ранчо.
   Сеньора Монтес опередила ответ брата:
   - Полагаю, Хайме, как и я, подумал о нашей гостье, которая жила у нас в
  доме именно в это время. - Она сделала красноречивый жест рукой. - Природа
  щедро одарила ту даму фигурой. Очень красивая девушка, которая по глупости
  перекрашивала свои от природы рыжие волосы в черный цвет.
   Харт наклонился вперед и от волнения схватился руками за голову. Никогда
  в жизни он еще не ощущал такого облегчения. Он чувствовал себя словно
  человек, который уже готов был пройти последние несколько футов до камеры
  смертников, но в этот самый момент ему объявили о помиловании.
   Герта подошла к нему и уселась на подлокотник кресла.
   - Прости, Док, - сказала она